Арктика в фокусе: роль диалога между правом и наукой

Егор Федоров, руководитель исследовательских проектов Центра (морское право), принял участие в Ocean Connectivity Conference, которая проводилась в рамках UArctic Congress 2026 на Фарерских островах.

Для справки:

• Ocean Connectivity Conference — международная конференция, посвящённая взаимосвязанности морских пространств Арктики и вопросам их использования, управления и сохранения. Конференция была организована в рамках председательства Королевства Дании в Арктическом совете (2025–2027 годы) и включена в программу UArctic Congress 2026.

• UArctic Congress — международный конгресс объединения арктических университетов (UArctic), который раз в два года объединяет представителей академического сообщества, коренных народов, политиков и экспертов, работающих с арктической повесткой.

Ниже представлен рассказ Егора о прошедшем мероприятии и основных тезисах его выступления в рамках одной из сессий.

Арктика и возникающие в связи с ней правовые вопросы — одно из основных направлений исследовательской деятельности Центра. Исследования по этому направлению ведутся с самого начала его работы.

Арктическая тематика особенно наглядно показывает, что одних правовых знаний для содержательного анализа недостаточно. Необходимо учитывать научные, социальные, экономические и управленческие аспекты региона. Для юристов важно не замыкаться исключительно на тексте правовых норм: право, в том числе международное, применяется в конкретной среде.

Если говорить об Арктике, то это среда меняющейся ледовой обстановки, уязвимых экосистем, ограниченной инфраструктуры, интересов прибрежных арктических государств и третьих государств, прав коренных народов и других факторов, которые могут влиять на правовое регулирование и правовой режим отдельных видов деятельности в Арктике.

К сожалению, юристы нередко оказываются оторваны от практических реалий региона или понимания научных аспектов происходящих процессов. Я не исключение. Поэтому, принимая решение об участии в мероприятии на Фарерских островах, я понимал, что еду не просто на очередную научную конференцию. Для меня это была возможность увидеть, как сегодня обсуждают Арктику специалисты из разных областей: не только юристы, но и климатологи, океанологи, экологи, биологи, географы, представители коренных народов и северных сообществ, а также эксперты, работающие с вопросами управления Арктикой и её ресурсами.

С другой стороны, участие в конференции также показало, что и специалистам из других (не относящихся к юридической) областей требуется больше обсуждать Арктику с теми, кто понимает право. Некоторые из таких специалистов, обсуждая во время выступления правовое регулирование или существующие механизмы сотрудничества в Арктике, иногда допускали неточности или упрощения.

Интересный факт: в конференции приняли участие около 1400 человек. При этом население Торсхавна, столицы Фарерских островов, где проходило мероприятие, составляет около 12 тысяч человек, а население Фарерских островов в целом — около 55 тысяч. Конференция стала самым масштабным мероприятием, которое когда-либо проходило на Фарерских островах.

Основные темы Ocean Connectivity Conference включали устойчивое развитие, изменение климата, сохранение биоразнообразия, международное сотрудничество в Арктике, а также вопросы коренных народов и северных сообществ. Всего программа мероприятия включала около 60 сессий по разным направлениям.

Для участия в сессиях с презентацией необходимо было пройти отбор. Моё предложение выступить с темой «Морское пространственное планирование как инструмент управления рисками в Арктике в перспективе до 2050 года» было принято для сессии «Ориентируясь в будущем Арктики: изменения в океане и судоходство в перспективе до 2050 года».

Сама сессия была построена вокруг вопроса о том, как к 2050 году могут измениться природные процессы в арктических морских пространствах, ледовые условия и судоходные маршруты, и что это будет означать для навигации, безопасности, инфраструктурного планирования и международного сотрудничества. Помимо меня и ещё одной коллеги с правовым бэкграундом, в сессии приняли участие специалисты, работающие на стыке климатических исследований, океанологии, изучения морского льда и моделирования навигационной доступности.

Среди основных озвученных мной тезисов были следующие идеи, которые отчасти основаны и на исследовании Центра «Морское пространственное планирование: международное и национальное регулирование»:

• Очевидно, что Арктика меняется. Сокращение морского льда может сделать отдельные арктические маршруты более доступными для судоходства, а те же районы — более привлекательными для рыболовства, туризма, добычи ресурсов и развития инфраструктуры. Растущий интерес к Арктике со стороны не только арктических, но и неарктических государств показывает, что нагрузка на регион может увеличиваться быстрее, чем готовность эффективно управлять связанными с этим рисками.

• Важно, что Арктика не существует вне правового поля. В правовом регулировании морских пространств Арктики важное место занимают Конвенция ООН по морскому праву 1982 года, различные инструменты Международной морской организации (ИМО), а также разработанные в рамках Арктического совета и вне его региональные арктические договоры.

• Однако наличие правовых инструментов само по себе ещё не означает, что разные виды деятельности в Арктике будут согласованы между собой. Более доступная Арктика не означает автоматически более безопасную Арктику. Интересы судоходства, рыболовства, туризма, добычи ресурсов, защиты морской среды и интересы местных сообществ могут пересекаться и конфликтовать в одних и тех же морских пространствах. Поэтому важно обсуждать не только то, где в будущем смогут проходить суда или развиваться другие виды деятельности, но и то, как заранее управлять связанными с этим рисками.

• Именно в данном контексте может быть полезно морское пространственное планирование (МПП). Это комплексный процесс управления морскими пространствами и их ресурсами в целях достижения баланса между экономическим, социальным развитием и сохранением морской среды.

• Арктика характеризуется сезонностью осуществления разных видов деятельности, сложными ледовыми условиями и вытекающими из этого навигационными рисками, ограниченными возможностями поиска и спасания, уязвимостью арктических экосистем и кумулятивным пагубным воздействием на них разных видов деятельности.

• МПП может быть одним из практических инструментов управления в Арктике, учитывающим соответствующие факторы. Оно поможет связать между собой научные прогнозы, данные о маршрутах и интенсивности судоходства, местах рыбного промысла, информацию об экологически чувствительных районах, инфраструктуре и возможностях реагирования на чрезвычайные ситуации.

• МПП — это не только процесс подготовки карты с распределением разных видов деятельности. Это постоянный процесс оценки и анализа рисков, эффективности управления морскими пространствами, в котором должны участвовать разные акторы, включая коренные народы и местные сообщества. Их знания и опыт необходимы для понимания реальных условий жизни и деятельности, сезонных изменений, значимых территорий и возможных последствий роста морской деятельности в Арктике.

• Многие риски в Арктике не ограничиваются государственными границами. Судоходные маршруты, рыбные запасы, разливы нефти, инвазивные виды, поисково-спасательные операции и воздействие на экосистемы имеют трансграничный характер. Поэтому в контексте Арктики важна координация между национальными процессами МПП.

• К сожалению, в настоящий момент сотрудничество в Арктике осложнено политическими разногласиями. МПП не является универсальным решением и не решит все политические проблемы Арктики. Но оно может стать практическим процессом для обмена данными, оценки рисков, координации национальных подходов и постепенного укрепления доверия в условиях политической неопределённости.

• В любом случае, вопрос будущего Арктики — не только в том, какие морские пространства станут более открытыми для судоходства и другой деятельности, но и в том, как обеспечить, чтобы их использование было ответственным, предсказуемым и устойчивым.

Как оказалось, озвученные тезисы нашли отклик как среди учёных, так и у представителей коренных народов. После выступления некоторые участники подходили ко мне и отмечали, что управленческие решения в отдельных морских пространствах Арктики, к сожалению, нередко принимаются без достаточного учёта их мнения, опыта и знаний.

Подводя итог, для меня участие в конференции стало важным подтверждением того, что разговор о настоящем и будущем Арктики не может вестись только в рамках одной дисциплины. Право, наука, интересы государств, опыт, права и интересы коренных народов и северных сообществ неизбежно пересекаются и взаимозависимы. Именно поэтому такие площадки важны: они позволяют увидеть, где правовые идеи требуют научного контекста, а научные дискуссии — более точного понимания правовых рамок.