77-я сессия Комиссии международного права глазами помощников члена Комиссии

Комиссия международного права (КМП) занимается самыми актуальными темами международного права. За её работой следят многие юристы-международники. Среди тем текущей и долгосрочной программы работы КМП есть и вопросы, находящиеся в фокусе Центра международных и сравнительно-правовых исследований. ЦМСПИ в разное время исследовал отдельные вопросы, рассматриваемые Комиссией, изучал практику, а также по запросу специальных докладчиков по отдельным темам готовил подборки практики и литературы на русском языке.

С 2024 года исследователи Центра также принимают участие в сессиях КМП в качестве помощников её члена Евгения Загайнова (Россия). В 2025 году в таком качестве заседания в Женеве посетил старший исследователь ЦМСПИ по международному публичному праву Алексей Петренко. Алексей подготовил обзор, в котором описал функции и роль Комиссии, статус её работы по различным темам, а также поделился личными впечатлениями от участия в 76-й сессии КМП.

С 27 апреля по 5 июня и с 29 июня по 30 июля 2026 года в Отделении ООН в Женеве проходила 77-я сессия Комиссии. Руководитель исследовательских проектов (морское право) Егор Федоров и младшие исследователи по международному публичному праву Анастасия Санталова и Андрей Буянкин участвовали в ней в качестве помощников Евгения Загайнова и делятся своими впечатлениями от состоявшейся поездки.

В серии публикаций расскажем об основных вопросах и ходе дискуссий по темам, над которыми удалось поработать Егору, Анастасии и Андрею.

Пара слов о Комиссии и её работе

Изучение международного права трудно представить без работы с материалами Комиссии международного права. Однако мы чаще обращаемся именно к итоговым «продуктам» работы КМП — к конкретным проектам статей, выводам или руководящим положениям и комментариям к ним. Гораздо реже мы погружаемся в иные доступные материалы, которые отчасти раскрывают информацию о ходе работы Комиссии над той или иной темой, о позициях конкретных членов Комиссии по рассматриваемым вопросам или причинах появления тех или иных формулировок в итоговом тексте. Но даже такие материалы не всегда позволяют понять механизм работы Комиссии. Могут оставаться пробелы в понимании отдельных аспектов её работы или причин, по которым итоговый продукт выглядит так, а не иначе.

Именно поэтому участие в качестве помощника члена Комиссии в её работе — это, несомненно, привилегия и прекрасная возможность увидеть изнутри деятельность одного из важных органов в сфере международного права: проследить, как формируются позиции, обсуждаются формулировки, сталкиваются разные подходы к одной и той же проблеме и как постепенно складывается тот результат, который позднее становится предметом внимания государств, международных судов, исследователей и практикующих юристов.

Наиболее ярко удаётся это увидеть в ходе наблюдений за дискуссией в Редакционном комитете (РК). Итоговые доклады председателя РК размещаются в открытом доступе (см., например, соответствующие доклады по результатам 77-й сессии КМП здесь, здесь, здесь и здесь). Председателем РК на 77-й сессии был выбран Рольф Эйнар Фифе (Норвегия).

Участие в качестве помощника члена Комиссии открывает и бесценную возможность пообщаться с выдающимися юристами-международниками, входящими в её состав, и их помощниками — молодыми и горящими международным правом специалистами со всего мира. Число помощников у каждого из членов Комиссии может варьироваться от одного-двух и иногда даже до более чем двадцати.

Работа помощников начинается ещё до сессии и активно продолжается во время неё. Такая работа среди прочего включает проведение исследований по различным вопросам повестки Комиссии, их критическое обсуждение с членом Комиссии, обмен мнениями о предлагаемых формулировках итогового результата Комиссии и анализ комментариев к нему, а также ведение записей во время заседаний. Впрочем, помимо записи основных вопросов и идей, поднимаемых в ходе пленарных заседаний и заседаний РК, некоторые ассистенты записывают и разнообразные шутки членов КМП, которые нередко помогают разрядить обстановку после напряжённых обсуждений (например, при затяжных дискуссиях можно услышать реплики о нарушении «права человека на кофе»). Практическим способом достижения консенсуса иногда как раз становятся неформальные обсуждения в ходе кофе-брейков.

В рамках первой части 77-й сессии Комиссия работала над темами, посвящёнными иммунитету должностных лиц государства от иностранной уголовной юрисдикции; разрешению споров, сторонами которых являются международные организации; международным соглашениям, не имеющим обязательной юридической силы; предупреждению и пресечению пиратства и вооружённого разбоя на море; правопреемству государств в отношении ответственности государств. На второй части 77-й сессии в фокусе КМП были другие темы: компенсация за ущерб, причинённый международно-противоправными деяниями, а также должная осмотрительность в международном праве.

Иммунитет должностных лиц государства от иностранной уголовной юрисдикции

Егор Федоров

О длительной и непростой истории рассмотрения этой темы уже отчасти рассказывал в обзоре Алексей Петренко (см. пп. 24—40). Напомню, что в 2025 году в рамках 76-й сессии КМП планировались к обсуждению в РК проект статьи 7 об исключениях из функционального иммунитета и проекты статей 8—18 о процессуальных положениях и гарантиях. Однако ввиду сокращённой длительности 76-й сессии и значительного времени, ушедшего на обсуждение проекта статьи 7, РК успел рассмотреть и передать Комиссии только проекты статей 7, 8 и 9. Комиссия в полном составе рассмотреть эти проекты статей на предыдущей сессии не успела.

Таким образом, в рамках 77-й сессии Комиссии предстояло предварительно принять проекты статей 7, 8 и 9, а РК — рассмотреть оставшиеся проекты статей о процессуальных положениях и гарантиях (т. е. проекты статей 10—18), проект статьи 2 об определениях, используемых для целей всех проектов статей, а также окончательно принять проекты статей в рамках второго чтения.

Голосование по проекту статьи 7

В этом году именно открывающее заседание 27 апреля многие, кажется, ожидали с особенным интересом. На этот день, помимо решения ряда административных вопросов, было назначено рассмотрение и предварительное принятие Комиссией проектов статей 7, 8 и 9. Все остальные решения в тот день принимались без значительных выступлений и замечаний со стороны членов Комиссии и шли, как говорят в подобных случаях, «под молоток» (см. здесь). В зале заседаний чувствовалось, однако, что все ожидают именно постановки вопроса о предварительном принятии в рамках второго чтения проекта статьи 7, содержащего положения об исключениях из функционального иммунитета и вызывавшего на всех этапах разногласия как среди членов КМП, так и среди делегаций в Шестом комитете Генеральной Ассамблеи ООН (ГА ООН). Было очевидно, что его предварительное принятие гладко не пройдёт.

Как только был поставлен соответствующий вопрос, ряд членов Комиссии, в том числе Бимал Н. Пател (Индия), Евгений Загайнов, Ахмед Амин Фатхалла (Египет), Карлос Х. Аргуэльо Гомес (Никарагуа) и Синьминь Ма (Китай) в соответствующей последовательности выступили с заявлениями. Подробнее с обобщёнными тезисами их заявлений можно ознакомиться здесь или прослушать аудиозапись полных выступлений здесь.

Выступления были не просто замечаниями к формулировкам, а принципиальными возражениями против проекта статьи 7 в его предлагаемом виде. В общем и целом, по мнению указанных членов Комиссии, проект статьи 7 либо не отражает lex lata, либо как минимум требует гораздо более осторожного представления как возможного прогрессивного развития международного права — с учётом позиций государств, противоречивой практики и процессуальных гарантий.

Так, Бимал Н. Пател поставил под сомнение вывод о существовании общего исключения из иммунитета ratione materiae, указав, что многие приводимые в поддержку такого вывода дела могут быть объяснены согласием государства, специальными договорными режимами или осуществлением территориальной юрисдикции, а не отрицанием иммунитета как такового. Евгений Загайнов подчеркнул среди прочего, что проект статьи 7 не отражает существующее международное право, а представляет собой предложение новой нормы, причём разногласия по этому вопросу как в Комиссии, так и в Шестом комитете ГА ООН должны быть прямо отражены в комментарии к проекту статьи 7. Ахмед Амин Фатхалла обратил внимание на риск нарушения баланса в понимании иммунитета в международном праве и подчеркнул необходимость учитывать позиции государств до финализации текста. Карлос Х. Аргуэльо Гомес, в свою очередь, выразил опасение, что без достаточных процессуальных гарантий проект статьи 7 может способствовать политизированному применению «универсальной юрисдикции», прежде всего в отношении должностных лиц развивающихся государств. Синьминь Ма призвал Комиссию к осторожному подходу, основанному на защите суверенитета, предотвращении политически мотивированного осуществления уголовной юрисдикции в отношении должностных лиц иностранных государств и уважении принципа согласия государств.

Комиссия всегда стремится к принятию решений консенсусом. Это в том числе связано с тем, что итоговый текст КМП по той или иной теме приобретает особый вес именно результат её работы как органа в целом, а не как отражение индивидуальных позиций отдельных её членов. В этой связи в материалах Комиссии даже отмечается, что комментарии к её итоговым продуктам не должны иметь своей целью отражение разногласий по тексту, принятому во втором чтении; это может быть сделано в Комиссии на пленарном заседании при окончательном принятии текста и надлежащим образом отражено в докладе Комиссии ГА ООН (см. соответствующие замечания самой КМП здесь (para. 506), здесь (para. 382) и здесь (para. 198)).

Применительно к конкретной ситуации, связанной с предварительным принятием проекта статьи 7, однако, вопрос всё же был поставлен на голосование — уже во второй раз в истории рассмотрения проекта статьи 7 (предварительное принятие данного положения в первом чтении также состоялось посредством голосования в 2017 году на 69-й сессии Комиссии).

В данном контексте Евгений Загайнов отметил, что, хотя «коллегиальность и консенсус имеют ключевое значение для работы Комиссии», позиция и доводы противников исключений из функционального иммунитета продолжают игнорироваться. Он особенно указал на то, что лишь трое членов Комиссии на её 76-й сессии выразили мнение о том, что положение проекта статьи 7 отражает обычное международное право; напротив, по меньшей мере десять членов утверждали, что это не так. Кроме того, по его подсчёту, при обсуждении проекта статьи 7 в Шестом комитете ГА ООН лишь 8 из 54 делегаций, высказавшихся по проекту статьи 7, заявили, что данное положение отражает обычное международное право; напротив, 15 делегаций, представляющих государства из различных регионов и с различными правовыми системами, выразили противоположную позицию.

По итогам голосования Комиссия предварительно приняла проект статьи 7 в рамках второго чтения: 23 голоса — за, 4 голоса — против, 3 — воздержались.

Для сравнения, в 2017 году результаты голосования были следующими: 21 голос — за, 8 — против, 1 — воздержался. И в 2017, и в 2026 годах количество проголосовавших членов Комиссии равнялось 30 (из 34 членов). При этом персональный состав Комиссии 2026 года значительно изменился по сравнению с 2017 годом: из 34 членов КМП состава 2017 года лишь 12 остались в составе Комиссии 2026 года.

Таким образом, факт повторного голосования по проекту статьи 7, а также наличие голосов «против» и «воздержавшихся» показывают, что это положение по-прежнему не пользуется полным консенсусом внутри Комиссии. Представляется, что это может иметь значение и для дальнейшего обсуждения вопроса о возможной разработке универсального международного договора на основе проектов статей — такую рекомендацию Комиссия, вероятно, включит в итоговый доклад ГА ООН после принятия всего текста проектов статей и комментариев к ним (см. об этом ниже).

Работа над процессуальными гарантиями и завершение второго чтения

Процессуальные положения и гарантии изначально были предложены как своего рода защитная мера от возможных трудностей при применении проекта статьи 7 на практике (см. п. 38 обзора Алексея Петренко). При этом соответствующие проекты статей на разных этапах вызывали наименьшие противоречия как внутри Комиссии среди её членов, так и среди государств в Шестом комитете ГА ООН.

С резюме обсуждений РК по остальным вопросам в рамках рассматриваемой темы можно ознакомиться в докладе его председателя Рольфа Эйнара Фифе. Как видно из доклада, основной объём обсуждений в части процессуальных положений и гарантий касался формулировок соответствующих положений с тем, чтобы обеспечить должный учёт интересов, прав и обязанностей как государства, осуществляющего уголовную юрисдикцию в отношении должностного лица иностранного государства, так и государства происхождения такого должностного лица. Например, как это часто бывает при составлении международно-правовых текстов, в отношении ряда положений обсуждалась степень обязательности отражённых в них предполагаемых обязательств государств (т. е. необходимость и уместность использования глаголов “shall”, “should” и “may”).

После согласования всех проектов статей о процессуальных положениях и гарантиях РК вернулся к обсуждению проекта статьи 2, который касается используемых для целей проектов статей определений. В принятом в первом чтении проекте статьи 2 уже содержались определения таких терминов/словосочетаний, как «должностное лицо государства» и «деяние, совершённое в официальном качестве». На данном этапе предлагалось дополнительно включить определения ряда других терминов/словосочетаний — «осуществление уголовной юрисдикции», «государство суда» (“forum State”) и «государство должностного лица» (“State of the official”), которые повсеместно используются в проектах статей. Однако Комиссия решила разъяснить их значение в комментариях к итоговому продукту по рассматриваемой теме.

Закончив с проектом статьи 2, РК перешёл к редакционно-технической правке (“toilettage”) текста всех проектов статей, в рамках которой была осуществлена выверка формулировок, устранены неточности и несогласованности, уточнены заголовки разных частей. В частности, в тексте проекта статей, переданном РК на рассмотрение Комиссии, положение об исключениях из функционального иммунитета было перенумеровано: теперь оно содержится в проекте статьи 6, а в общем тексте всего 17 проектов статей.

По результатам своей работы в рамках первой части 77-й сессии РК передал Комиссии итоговый проект статей и рекомендовал ей принять его в рамках второго чтения. Комиссия приняла тексты проектов статей во втором чтении на заседании 15 мая 2026 года; причём сделала это без голосования по проекту статьи 7 (в новой нумерации — проект статьи 6).

Что последует дальше?

В рамках второй части 77-й сессии Комиссии, которая прошла с 29 июня по 30 июля, готовился итоговый доклад Комиссии о состоявшейся сессии. Именно его подготовкой и согласованием Комиссия занималась значительную часть времени в ходе второй части сессии. Как это происходит обычно, доклад будет опубликован немного позже. В него будет включена отдельная глава, посвящённая теме иммунитетов должностных лиц и фиксирующая результаты обсуждения темы на состоявшейся сессии. В неё же будет включён итоговый проект статей, комментарии к нему, а также рекомендация ГА ООН о дальнейшей судьбе проекта статей.

В соответствии с п. 1 ст. 23 Устава КМП Комиссия может рекомендовать ГА ООН:

• не предпринимать никаких действий, поскольку доклад уже опубликован;

• принять доклад к сведению или утвердить его резолюцией;

• рекомендовать проект государствам с целью заключения международного договора;

• созвать международную конференцию для заключения международного договора.

Наиболее вероятным представляется, что Комиссия рекомендует ГА ООН рассмотреть в будущем вопрос о разработке международного договора на основе итогового проекта статей.

Соответственно, осенью 2026 года Шестой комитет ГА ООН обсудит доклад Комиссии, включая итоговый проект статей по иммунитетам. Далее Шестой комитет обычно представляет ГА ООН свой доклад, содержащий краткое изложение рассмотрения соответствующего пункта повестки, а также один или несколько проектов резолюций, рекомендуемых для принятия ГА ООН. В свою очередь, ГА ООН рассматривает и принимает резолюцию по докладу Комиссии. ГА ООН может также принять отдельную резолюцию или решение по конкретной теме, связанной с работой Комиссии, когда это представляется целесообразным.

Учитывая непростую судьбу проекта статей об иммунитетах должностных лиц и, в частности, сохраняющиеся разногласия по вопросу об исключениях из функционального иммунитета, можно предположить, что ГА ООН примет к сведению проекты статей и рекомендует их к вниманию государств без ущерба для вопроса о возможной разработке международного договора в будущем (см., например, аналогичную резолюцию ГА ООН в отношении проекта статей об ответственности государств за международно-противоправные деяния — Резолюция 56/83 от 12 декабря 2001 года).

Кажется, что восприятие государствами, международными и национальными судами итогового проекта статей и особенно проекта статьи 6 об исключениях во многом будет зависеть от того, обозначит ли Комиссия в своём итоговом комментарии правовой статус предлагаемых положений. Комиссия нередко указывает, отражают ли соответствующие положения нормы международного обычного права или представляют собой прогрессивное развитие международного права. Войдёт ли подобное пояснение Комиссии в итоговый комментарий к проекту статьи 6 — вопрос, ответ на который мы в скором времени узнаем (как только будет опубликован доклад КМП по 77-й сессии).

Судя по дискуссиям в прошлом и текущем годах, в самой Комиссии нет согласия о том, следует ли ей в комментарии к проекту статей проводить различие между прогрессивным развитием и кодификацией. Например, действующий Специальный докладчик по теме, Клаудио Гроссман Гилофф (Чили), в рамках 76-й сессии отметил, что «считает разумным мнение некоторых членов о неуместности проведения Комиссией различия между прогрессивным развитием и кодификацией в комментарии», поскольку «цель проектов статей — заложить основу для международного договора, а государствам следует предоставить широкие возможности для обсуждения сферы применения предлагаемых положений» (см. здесь (п. 169)). Однако, как представляется, закреплённое в комментарии авторитетное мнение Комиссии о правовом характере соответствующих положений может играть важную роль в дальнейшей судьбе проекта статей.

В целом работа Комиссии по теме иммунитетов должностных лиц государств от иностранной уголовной юрисдикции подошла к концу. Однако сама тема не пропадёт с «радаров» международного права. Споры о существовании исключений из иммунитета ratione materiae продолжатся. Возможно, в какой-то момент действительно будет поставлен вопрос о созыве международной конференции и принятии соответствующего договора на основе проекта статей. Но даже при отсутствии универсального договора итоговый текст проектов статей может оказать влияние на последующее развитие практики — например, как в направлении признания предложенных исключений из функционального иммунитета со ссылкой на работу Комиссии, так и, напротив, в форме сознательного дистанцирования от них. В связи с последним нельзя не отметить, что уже сейчас встречаются примеры двусторонних международных договоров, в которых подтверждается признание функциональных иммунитетов должностных лиц иностранных государств (см., например, двусторонние договоры России с отдельными государствами здесь, здесь и здесь).